Сайт Ричарда Баха » на главную Сайт Ричарда Баха
на главную   главная | форум читателей

Знакомьтесь: Ричард Бах, автор литературных шедевров

Знакомьтесь: Ричард Бах, автор литературных шедевровАвтор таких литературных шедевров, как «Чайка Джонатан Ливингстон» и «Иллюзии: приключения невольного мессии», теперь использует свой выдающийся писательский дар (и, впервые в жизни, актерское дарование чтеца) в раскрытии неведомого людям мира, описанного в «Хрониках хорьков». Первые две книги этой серии – «Хорьки-спасатели на море» и «Хорьки в поднебесье» – будут доставлены в книжные лавки 18 июня 2002 года (аудио-версия этих книг, начитанная самим Ричардом, станет доступна на кассетах уже с 1-го июня). Таинственный этот мир изумляет своей сложностью и глубиной чувств – ибо его обитатели живут высочайшими идеалами, в универсуме, полном верности, мужества, храбрости и любви. Ричард Бах позволил недавно репортеру нашего журнала «Хорьки» проникнуть в его писательскую лабораторию, где были рождены эти удивительные истории.

1. Что вдохновило вас на написание «Хроник»?

Эти книги вдохновлены одной встречей – с двумя хорьками в доме моего друга. Мы были тут же очарованы. Игривость этих маленьких созданий, их полные веселья прыжки, любопытство, разумность – мы с Сабриной ушли оттуда навсегда плененные ими, столь непохожими на все те создания, которые нам когда-либо прежде довелось видеть. С того момента нас буквально преследовал образ хорьков, мы неделями рассказывали друг другу истории о них – как типичные, так и совершенно необыкновенные, сверхъестественные.

Когда же целые часы я стал тратить на просмотр видеозаписей хорьков по Интернету, то понял – настало время заиметь собственных. И в результате долгих поисков однажды я принес домой трех наших первых замечательных друзей: Дза-Дза, Хлою и Мистингетту. Они приходятся друг другу двоюродной родней и все же каждый – очень индивидуален: тут вам и рок-звезда весьма гламурного вида, и авантюрист-интеллектуал, и тихий, прекрасный, таинственный незнакомец.

Причем истории о них начали писаться сами. Сначала о Дза-Дза и Шоу Хорьков в Салинасе, потом предшествующие истории для каждого из них. Дза-Дза, например, в «Хрониках» – это восхитительный кубинский котенок, отчаянно бедный. Он работает на сборе китайской розы в полях к югу от Гаваны, сочиняет песни и страстно мечтает о сцене.

Здесь нет ни одной выдуманной истории – они просто разворачивают себя. С каждым днем я все больше проникал в цивилизацию хорьков. Будто откуда-то сверху смотришь на их земли, с которых мало-помалу, от лучей солнечного света, сходит завеса тумана.
Первая история, которая нам с Сабриной представилась, была «Самба-хорьки в Салинасе». В одночасье она привела к полудюжине других, а те взорвались, словно попкорн над огнем, на десятки последующих. Социум хорьков – это древняя, обширная культура, рожденная в иной галактике задолго до возникновения нашей цивилизации. Их духовные ценности пленили меня: любовь к действию, к приключению, отказ от идеи зла, жизнь согласно глубочайшему чувству правильности каждого – без злобы, преступления и войн. Хорьки совершили выбор, который любой из нас в любой время способен совершить: каждый новый день стань лучшим из всех тех, кем можешь быть.

«Хроники хорьков» – это нечто вроде сегодняшней страны Оз * (* Имеется в виду книга американского писателя Ф. Баума «Волшебник страны Оз». Ее персонажи – девочка Дороти, Страшила, Железный Дровосек и Лев. Русскоязычному читателю эта книга известна (в вольном переводе Волкова) под названием «Волшебник Изумрудного города». – прим. перев.), правда с отсутствие ведьм и зла.

2. Сколько времени заняло у вас написание каждой из этих повестей?

Приблизительно месяцев шесть. Сначала – кипа записей. Я осматриваю территорию, структуру повествования. А затем пишу, не ведая ничего, кроме самых общих вех. Мне нравится, если персонажи застают меня врасплох, когда я знать не знаю, как они поступят или что скажут в следующее мгновенье. Мои литературные хорьки выделывают такое постоянно.

3. Каковы фундаментальные основы параллельного мира хорьков? Похоже, большинство людей не способно этих хорьков увидеть.

Да, это так: сегодня подавляющее большинство не видят параллельный мир хорьков, существующий в измерении, близком нашему. Однако те из нас, кто нашел свое призвание, постиг, что больше всего любит делать и кем хочет быть – видит это измерение все лучше и лучше. Когда возвышаешь свои ценности, когда выбрал духовно присоединится к ним – мир хорьков становится зримым, и контакт с ними – возможным.

Те хорьки, которые перешли из своего мира в наш, выбрав родиться на Земле и стать другом человеку – исключительно отважные создания. Они так мужественны, как нам, людям, пристало быть, и совершили выбор разделить свою судьбу с нашим миром – существ, еще не отказавшихся от насилия, гнева и жестокости. У каждого из них внутри – ключ к их собственному восхитительному миру вовне. И каждый охотно делится им, если спрашиваешь с любовью, с кротким духом и открытым сердцем.

Знакомьтесь: Ричард Бах, автор литературных шедевров
Книга «Хорьки-спасатели на море» повествует о Бетани,
осуществившей свою мечту поступить в хорьковую
Службу Спасения и стать настоящим героем.


4. Первые две книги – это «Хорьки-спасатели на море» и «Хорьки в поднебесье». Последующие три будут «Хорек-писатель в поисках музы», «Хорьки-учителя в классе» и «Хорьки-фермеры в горах». Почему вы выбрали именно эти профессии?

Сейчас к стенке моего рабочего места прикреплено более полусотни названий новых книг из этой серии, а начальные наброски занесены в компьютер. Не то, что бы я их выбираю – они выбирают меня! Я всю свою жизнь летал пилотом на самолетах, например, – и, тем не менее, первая история, которая так и просилась излиться на бумагу, была о хорьковой морской спасательной службе. Почему – и сам не знаю. Мне очень нравятся идеалы всех возникших на сей день героев этой серии – и невтерпеж пуститься в приключения с теми, которым еще только предстоит возникнуть.

5. Есть у вас любимая история? Персонаж?

«Хроники» я люблю больше всех остальных своих творений. И, разумеется, с их героями у меня куда более длительные взаимоотношения, чем с любыми другими. Возникнув на бумаге, они становятся моими примерами в жизни. Может, это прозвучит и странно, но я уже стал спрашивать себя в решающие мгновения: «А что бы сделала на моем месте Бетани? Как Боа, Шторми, Строуб отвечают на такие вызовы жизни?» Я глубоко связан со всеми ними. Они останутся со мной, пока я жив, и меня ничуть не удивит, обнаружь я их ждущими меня на том конце моего Моста из Радуги.

6. Главные герои одних повестей присутствуют, как второстепенные, в других. Похоже, в мире хорьков полно переплетенных судеб. Удостоится ли каждый персонаж, в итоге, «своей» книги?

Каждый главный герой уже имеет свою книгу, делимую с рядом второстепенных персонажей (второстепенных, заметьте, лишь с литературной точки зрения, а не по качеству и глубине представляемой ими жизни). Однако, так или иначе, все эти книги могут лишь намекать на взаимоотношения, существующие за пределами страниц. Факты, вышедшие за рамками описанных историй, просты, но, возможно, о них несколько непросто рассказать: Бетани, капитан спасательного судна («Хорьки-спасатели на море»), пускается в приключения вместе с Хлоей, рок-звездой и писателем Дза-Дза, а также Шоу Хорьков, которая, кстати, влюблена в Боа. Котенок Боа был близким другом:
а) Баджерона («Хорек-писатель в поисках музы»)
б) Строуба (он – старший пилот компании MusTelCo в «Хорьках в поднебесье» и давний друг Стилтона, самого богатого в мире хорька, героя книги «Хорьки-миллиардеры с Род-Айленда»)
в) и Аллы («Хорьки-археологи на раскопках»), открывшей тайну Феретимы («Хорьки-султанши в Затерянном городе»).

Четыре этих друга были котятами на ранчо, попавшими в учебный центр «Хорьскаут» хорька Монти при горном курорте «Радужная овца» в Монтане («Хорьки-фермеры в горах»). Причем Монти – один из дядей Хлои. А Радужные овцы были клонированы в Шотландии другим дядей Хлои. Отец Хлои был деловым партнером Эрнеста. Тот, в свою очередь, – менеджер у Дза-Дза и Шоу Хорьков («Хорьки-самба в Салинасе»), у которых – «Хорьки-фермеры в горах» – теплые взаимоотношения с кинозвездой Жасминой («Хорьки-знаменитости у себя дома»), выросшей на ранчо по соседству с Монти.

Далее: Жасмина готовит Дза-Дза к руководству фирмой, которую Стилтон очень хочет приобрести, хоть и не знает досконально ее экономические показатели. Мистингетта встретит Стилтона – «Хорьки-миллиардеры на совете директоров» – и эта встреча кардинально изменит его жизнь, о чем будет рассказано еще в одной, отдельной книге. И это только начало. «Хроники» будут длиться и длиться.

Знакомьтесь: Ричард Бах, автор литературных шедевров
«Хорьки в поднебесье» представляют читателю авиа-капитана Шторми (Stormy),
заслужившей такое имя благодаря грузовым рейсам, которые она осуществляет
и при самых наихудших из погодных условий. Она не знает страха и всецело
предана поставленной задаче.


7. В первых двух историях звучат имена ваших реальных, не литературных, хорьков. Будут ли перенесены в сюжет, мало-помалу, все ваши хорьки, и действительно ли персонажи повествований так похожи на своих тезок?

Нашим реальным хорькам и их душевным качествам отвечают десять персонажей «Хроник». Дза-Дза обожает всеобщее внимание, хоть может быть и спокоен, невозмутим; Хлоя – задумчива и рассудительна; Мисти – прекрасная, тонкая личность (наша собственная Мисти умерла в прошлом году, с той стороны Моста-радуги приходят к нам ее советы), Уиллоу – героиня истории «Хорьки-учителя в классе» и, будучи котенком, играет важную роль в «Хорьках в поднебесье»; Баджерон, серьезный и пытливый, – хорек-писатель; Эрнест, невозмутимый и стопроцентно надежный, – центральный персонаж «Самба-хорьков»; Стилтона, дерзкого и импульсивного, мы нашли в приюте для хорьков; а Жасмину, нашу потрясающе прекрасную темноглазую белянку, манерную и очень непростую, – в приюте для собак и кошек (почти перед самой эвтаназией!); Винсент любит забавы и беспечность, хоть и очень ответственен в «Хорьках-спасителях»; Боа, наш большой темный соболь, – такой же основательный, как и его тезка в «Хорьках-спасителях». Все они появились на страницах «Хроник».

8. Вы создали иллюстрации к этим книгам, и это первый такой опыт в вашей жизни. То была ваша всегдашняя мечта?

Никогда не было у меня мечты иллюстрировать свои книги. Но Сабрина предложила мне попробовать, и вместо того, чтобы приводить аргументы против и говорить о своих ограниченных способностях, я решил: сделаю, что смогу. Оказалось, мне самому по душе мои рисунки, хотя я и понятия не имею, что скажут другие. Я готов к критике, ибо в этом деле я не профессионал.

9. Каждая книга начинается с притчи, записанной на ферруне – языке хорьков, а затем следует перевод на английский. Расскажите нам об этом языке.

Феррун * (* От англ. ferret [фэрит], «хорек». – прим. перев.) – не столько язык хорьков, сколько их древний алфавит. Он был передан хорьками, прибывшими на нашу планету, шумерам, финикийцам и друидам. Читатели, знакомые с письменностью этих народов прошлого, заметят влияние хорьковых рун, а также влияние этих рун на наш сегодняшний алфавит. Хорьки, расставив свои коготки, пишут на ферруне быстрее, чем самый быстрый стенографист в системе Грегга * (* Общепринятая система стенографии, создана Дж. Греггом (1867-1948). – прим. перев.).

На сегодняшний день, насколько мне известно, я – единственный человек на Земле, пишущий и читающий на ферруне. После публикации первых «Хроник» я ожидал, что тысячи юных читателей выучат феррун и будут читать и писать намного быстрее, чем я. Ключ – нечто вроде Розеттского камня * (* Плита с параллельным текстом на греческом и древнеегипетском языках, II в. до н.э. Позволила французу Ф. Шампольону (XVIII в.) расшифровать на тысячелетия забытый язык древних египтян. – прим. перев.) – внутри каждой книги: древние истории из «Хорьковых Притч» Антония открывают каждое повествование, затем дан перевод на английский. Посвящения в начале тоже даны на ферруне, однако оставлены без перевода – читателю, может, будет интересно перевести их самому.

10. Что, надеетесь вы, читатель должен вынести из этих повестей?

Мои надежды – как и любого из писателей: уповаю, что читатель найдет эти книги очень увлекательными. Хотя «Хроники» – повести, по замыслу, не детские, я не возражаю, если взрослый читатель порой станет открывать их в окружении младших домочадцев.

11. Расскажите немного о своих хорьках. Как и когда вы их приобрели, их особенности, привычки, что вам больше всего в них нравится, по сравнению с другими видами домашних любимцев?

Я не могу в этом интервью не выразить свою любовь к хорькам вселенной, параллельной нашей, и к тем из них, которые пошли на то, чтобы родиться здесь и, ежедневно рискуя жизнью, учить людей любви и доброте.
Меня немного мучает, что Калифорния, где я рос, – единственный из штатов, запрещающий предоставлять свой дом ручным хорькам и любить их. Эта родом из глубокой древности дискриминация, этот закон не позволяет мне вернуться жить в штат, в котором прошло мое детство. Странное ощущение.

12. Что труднее всего дается вам при написании «Хроник»?

Наибольшая трудность – та же, что и у Баджерона в «Хорьке-писателе». Обоим нам пришлось сдать свои амбиции, раз и навсегда, в отношении того, что в один прекрасный день мы станем матерыми, литературно искушенными беллетристами. Баджи и я – писатели тех немудреных историй, которые чаруют и вдохновляют наши сердца, и таковыми мы и должны всегда оставаться.

13. А с чем, в таком случае, вообще проблем не возникает?

Легче всего – сдать амбиции, раз и навсегда, в отношении того, что в один прекрасный день станешь матерым, литературно искушенным беллетристом * (* В этом рефрене, должно быть, отражен тонкий юмор Баха. – прим. перев.). Я понял, что меня не влекут к себе сложные, объемистые романы. Я не покупаю их, не читаю. За какое же восхитительное дело я взялся! Какие увлекательнейшие истории мне предстоит еще написать!
Версия для печати | 29 апреля 2007 | Просмотров: 7571
Copyright © 2006-2010
Адрес для писем: